Тяжелый случай нарциссизма

Елена Шварц (относящаяся к Ахматовой еще более иронично, чем та журналистка, но с большим на то основанием) написала о себе однажды: «Можно подумать, что я склонна к самолюбованию. Скорее я пристально вглядываюсь в себя с опасным вниманием экспериментатора, с каким он может следить за животным, опыты над которым наконец-то начали подтверждать теорию». Так вот и я хочу про это сейчас. Про зверя-цветка. Про эксперимент. И про все «действительно ТАК думаем».

...Предчувствие жизни до смерти живет.Холодный огонь вдоль костей обожжет,когда светлый дождик пройдетв день Петров на изломе лета.Вот-вот цветы взойдут алеяна ребрах, у ключиц, на голове.Напишут в травнике – Elena arborea –во льдистой водится она Гипербореев садах кирпичных, в каменной траве.Из глаз полезли темные гвоздики,я – куст из роз и незабудок сразу,как будто мне привил садовник дикийтяжелую цветочную проказу.Я буду фиолетовой и красной,багровой, желтой, черной, золотой,я буду в облаке жужжащем и опасном –шмелей и ос заветный водопой.Когда ж я отцвету, о Боже, Боже,какой останется искусанный комок –остывшая и с лопнувшею кожей,отцветший полумертвый зверь-цветок.

Елена Шварц, июль 1976

Я уже много раз говорил, что, когда поэт пишет, он как бы стоит в столбе яркого света. И все видит. На шесть сторон (две оставшиеся – вниз на пять метров и вверх на неизвестное расстояние).
Поэтому, когда он пишет, он всегда справедлив. Просто его справедливость – такая: там, где стоит. Как та же Ахматова, которая, стоя в очереди в Кресты, всех и вся видела, даже памятник себе (в чем ее потом не без основания упрекали). А когда выходила из света, бредила в старости про то, что холодная война началась из-за нее и Исайи Берлина и весь ХХ век от этого, видишь ли, содрогнулся (так что все, что написано в книге «Анти-Ахматова», – правда).
Потому что поэт и в столбе света, и вне его живет по одним законам.
И этот закон – нарциссичен. Тяжелый случай.
А вы как хотели?

Ибо проблема в том, что любое дело, которое делает поэт в нормальной жизни, – это продолжение его цветочно-животной деятельности. Его жизненной стратегии. Только, лишенное того пронзительного столпа света (о котором я говорил), оно без этого пронзительного освещения становится мелким и предательски очевидным. Плоским.

Но и в стихах это тоже заметно. Причем, как правило, в самых лучших.
Вот Бродский, например, – «Я входил вместо дикого зверя в клетку».
Говорится с патетической раскачкой, со всей серьезностью момента, и ты как читатель проникаешься. Действительно ужасная трагедия, особенно на фоне тех, кто за несколько десятилетий до этого ни в какие клетки не входили, потому что входили сразу в каменный мешок («клетка» – это же суд, причем эпохи застоя, районный зал заседаний, скучный и привычный), входили – перед тем, как рассыпаться в лагерную пыль, и никому даже об этом не рассказать.

И если вспомнить об этом, то перед нами тоже тяжелый случай запущенного нарциссизма. Потому что после Освенцима по кем-то принятой логике про то, что «жизнь оказалась долгой», не рассказывают. А после Мандельштама – про ссылку (с возможностью слушать радио «Свобода») с такой серьезной поступью – тоже.

Однако Бродский – прав. Потому что это ЕГО жизнь. Потому что это ЕГО приступ… Потому что вот лично я вообще ни в какую клетку не входил. Кроме клетки лифта.

Или, допустим, Кирилл Медведев. Его стихотворение «Я видел рассыпавшиеся хребты», заканчивающееся:

я знаю, откуда у меня столько претензий к вам,дорогие мои:вы наивны и так чисты,вы безупречны,а я хотел взять на себя ваши грехи(если бы они у вас были).

В таких случаях принято спрашивать, как в детском саду: «Да что ты говоришь? Прям вот так за всех? Все наши-ваши грехи? А пупок не развяжется?»
Однако это не отменяет того факта, что это стихотворение и цикл «3%»– лучшее из написанного Кириллом Медведевым в частности и одно из лучших стихотворений вообще, написанных за последние пять лет.
Все эти примеры легко продолжить.
Дело не в них.

А в том, что поэт действительно малоприличное животное. Типа осла. И поэтому вообще никогда не сворачивает. Кто-то хочет быть всеобщим, кто-то – изгоем. Вы думаете, он сам этого хочет? Нет, так выбирают стихи. И если он будет в конечном счете плеваться, как Фет на университет, – значит так и должно было быть. Иначе «Робкого дыхания» бы не было.
Парадоксально, но факт.
Я не знаю, почему так происходит.
Точнее, знаю, но это как-то убого звучит.

…Дело в том, что зверь-цветок кормится только тобой. Это, к сожалению, без вариантов. То есть ты, конечно, можешь ему насыпать в горшок просто земли с удобрением, но тогда зверь-щенок блюет, ничего не жрет, хиреет. Или налить молока в блюдце – но тогда цветок засох (слишком жирная эта вещь – молоко).

И висят они с разных концов, как сиамские близнецы, дохлые как тряпочки. И от этого ты сам начинаешь подыхать. А тут уже не до государства и не до семьи.

Это все я не в оправдание. Если честно, любого поэта трудно оправдать. Потому что он виноватый. На самом деле. Потому что слушает только себя. Живет эгострастием. Ест себя. И собой запивает. Стоит в столпе света, а выходит из него – и становится звездой или манипулятором. Или юродивым. И с этим как-то приходится жить. Потому что поэт ничего, кроме презрения, не заслуживает. По моему сугубому мнению.

Только давайте сразу договоримся, что это ослепительное презрение.

БРЯНСК.RU

Источник: Взгляд

---

Два тунеядца напали на пенсионера в подъезде его домаВ Брянской области катастрофически не хватает рабочих рукАвтоинспекторы просят брянцев жаловаться на плохие дорогиНе забудем! Не простим!Главой Стародубского района избран Владимир КовалевНа ярмарках выходного дня брянцы расхватали картофельБрянская красавица и ее жених предстали перед судомБрянские любители роскошных авто заплатят 17 миллионов рублейНа выборах губернатора Брянской области победил БогомазВ Советском районе Брянска запланирован ремонт дворовСражаться за губернаторское кресло продолжат три кандидатаРоскомнадзор начал охоту на мат в СМИДенину предъявлено обвинение в злоупотреблении полномочиями